Слава о добродетельных правилах чиновника распространилась далеко и широко

Чжан Фанпин был родом из Наньцзина. Он жил во времена Северной династии Сун (960 - 1279 гг. н.э.). Известно, что Чжан Фанпин был щедрым, снисходительным и верным своим друзьям. Поддерживая возвышенный характер и буддийскую веру, Чжан Фанпин был благородным и весьма почтенным человеком.

Осенью 1054 н.э., в первый год эры Чжихэ, во время правления императора Жэньцзуна из провинции Сычуань пришёл слух, что соседнее враждебное государство собирается начать вторжение. Слух заставил размещённую в Сычуань армию пробудиться в середине ночи в панике. Люди, живущие в Сычуань, обратились в бегство. По землям начали бродить бандиты. Сычуань вступала в состояние хаоса.

Когда новости добрались до столицы Кайфен, весь королевский суд был в шоке. Император Жэньцзун решил отправить в Сычуань соответствующих должностных лиц, чтобы положить конец кризису. Он объявил королевскому суду: "Нет причин для бедствия. Не делайте вещи хуже, чем они есть. Несмотря на эти разговоры о неизбежном вторжении, я уже решил, как ответить на слух. Враждебное государство, может, вторгнется в Сычуань, а может, и нет, но бедствие наверняка вырастет изнутри, если мы не будем осторожны. Эта проблема требует для своего решения и дипломатических, и военных талантов. Мне нужны один-два чиновника, чтобы выйти из кризис как нужно. Я назначу такого человека, который окажется способен восстановить порядок в армии и среди людей в Сычуань".

Королевский суд чиновников рекомендовал Чжан Фанпина. Император согласился и отправил Чжана в Сычуань. Таким образом, Чжан покинул столицу и в ноябре прибыл в Сычуань.

Чжан Фанпин не просил денег для войны или для запасов, и при этом он не привёл в Сычуань новые войска, как могли бы сделать другие правительственные чиновники. В день своего прибытия Чжан приказал полкам, которые вызвали настоящее волнение среди жителей, вернуться в свои расположения. Кроме того, он приказал убрать оборонные укрепления и отослать патрули обратно в казармы.

Чжан сказал правительственным должностным лицам и местным жителям: "Я возьму на себя ответственность встретить врага в случае нападения. Вам не о чем волноваться". Он предложил всем вернуться к нормальной жизни и повседневным делам. Он заверил, что нет никаких причин для паники. Каждый день Чжан с усердием управлял областью и позволил людям и размещённым в ней полкам расслабиться.

Вскоре в Ичжоу – столице Сычуань в то время – восстановился мир, и люди возобновили нормальную мирную жизнь. В следующем году, в первый день китайского Нового года люди в Сычуань, как обычно, отмечали праздник. Всё шло хорошо. На следующий год народ в Сычуань начал говорить о том, чтобы поместить портрет Чжан Фанпина в буддийском храме, чтобы выразить ему благодарность. Они сделали это, несмотря на протесты Чжана.

Су Сюнь, одни из самых известных литераторов в китайской истории, сказал людям в Ичжоу: "Легко управлять перед бедствием. Также легко управлять после того, как бедствие произошло. Самое трудное – остановить бедствие, которое собирается вспыхнуть. Нельзя поступать опрометчиво или закрывать глаза, находясь на грани бедствия. Слухи о вторжении в первый год эры Чжихэ были как покосившийся дом, готовый рухнуть. Ваш уважаемый Чжан Фанпин – единственный человек, который смог уверенно сесть рядом с вырисовывающимся бедствием или покосившимся домом и постепенно исправить всё. Как только он выполнил свою работу, он спокойно возвратился на своё место, без всякой гордости. Ваш уважаемый Чжан Фанпин – такой правительственный чиновник, который старательно управляет людьми от имени императора. Чжан Фанпин спас вам жизнь. В некотором смысле, он теперь как отец вам всем. Есть ещё одна вещь, которую я должен сказать вам о нём. Чжан Фанпин однажды сказал мне: 'Нет ничего, что не может быть улучшено. Всё зависит от того, как к этому относиться. Есть те, которые говорят, что люди в Сычуань скорее начнут восстание, чем люди в других областях. Поэтому правительственные чиновники часто относятся к людям в Сычуань как к неисправимым бандитам. Они часто применяют жёсткие правила, чтобы не дать людям в Сычуань совершать преступления. Люди в Сычуань таком состоянии ограничения, уже живут в страхе и беспокойстве по поводу возможных вторжений. Жёсткие законы только заставляют людей бросать всё и присоединяться к бандитам и ворам. Вот, по этой причине в Сычуань было столько восстаний. Если правительственные чиновники относились бы к людям в Сычуань с уважением и рассуждали и управляли бы ими по разумным законам, Сычуань стала бы самым лёгким в управлении государством. Если их жизнь делать трудной, это заставит их восстать. Фактически, даже люди, живущие вблизи национальной столицы, начнут мятеж, если вы будете обращаться с ними как с бандитами и ворами. Когда я отношусь к людям в Сычуань с тем же почтением и доверием, что и к людям в столице, они ведут себя также, как и люди, живущие в столице. Я никогда не буду обращаться с людьми непочтительно или вынуждать их реагировать, держа их на короткой привязи'. До Чжан Фанпина никогда не было чиновника, который ценил и уважал бы людей в Сычуань!".

Все поклонились, услышав комментарий Су Сюня о Чжан Фанпине. Они кивали и говорили: "Это точно, Чжан Фанпин именно такой человек".

Незадолго до того, как Чжан Фанпин вернулся в Кайфен, люди из Ичжоу сделали его портрет и поместили его в буддийском храме, чтобы выказать Чжану своё уважение и обожание. В конечном счёте, добродетельные правила Чжан Фанпина в Сычуань распространились по всему Китаю. Люди часто комментировали: "Чжан Фанпин – человек, которому можно доверять, когда он прибывает для урегулирования критического положения нации".

Короче говоря, Чжан Фанпин положил конец хаосу в Сычуань, начавшемуся однажды осенью, успокаивая и доверяя людям. Он не обращался с народом Сычуань как с бандитами или ворами. Напротив, он относился к ним с уважением и доверием. В результате, мир и порядок были восстановлены к январю следующего года.

Эта история побудила меня задуматься над тем, не оттолкнул ли я людей, допустивших ошибку и отклонившихся от праведного пути в неправильную сторону, будучи поверхностным и жестоким. Когда люди больше всего нуждались в помощи, я, как находящийся рядом человек, разве не снимал с себя ответственность, потому что это стоило мне много времени и усилий? Относился ли я к людям, которым нужна помощь, доброжелательно и терпеливо? Если я смогу с добротой относиться к людям, отклонившимся от праведного пути, я думаю, что все проблемы прекратят существовать.

Чжи Чжэнь.

Версия на китайском находится на: http://minghui.ca/mh/articles/2007/8/2/159288.html