Полиция доставила меня домой после того, как я сумела освободиться от пристрастия к жизни и смерти

В июле 2000 я ездила в Пекин с целью апелляции. После моего возвращения отдел безопасности с моей работы направил меня в городской Центр заключения, и я содержалась там в течение одного месяца. Позже я был исключена из партии и переведена в филиал моей работы значительно дальше от моего дома. В течение одного месяца на моей новой работе меня наказали отстранив меня от работы. Позже чиновники из отделения Бюро безопасности моей работы, из отделения Бюро общественном безопасности и из жилищного комитета часто беспокоили меня в моём доме. Особенно в политически чувствительные дни, они появлялись один за другим.

Однажды в 2001 г. около 17:00 семь или восемь полицейских из местного тделения безопасности и общественного Бюро безопасности ворвались в мой дом. Я читала некоторые недавние материалы Дафа и не успела спрятать их. Войдя, директор офиса безопасности показал ордер на обыск и сказал: «Мы должны обыскать Ваш дом». Он попросил, чтобы я подписалась под этим документом. Я отказалась и сказала: «Уменя нет ничего из того, что Вы ищете». Инструктор отделения политики и безопасности сказал: «Если у Вас есть материалы Фалуньгун, Вы должны передать их добровольно. Иначе, если мы сами найдем их, ситуация будет другой» 

Они перерыли все ящики и буфеты. В то время уменя не было  спокойствия и сильных праведных мыслей. Oпасаясь, что они могут найти книги и материалы Дафа, я постоянно волновалось о местах, куда я их положила. Директор отделения безопасности и другие продолжали задавать мне вопросы, которые мешали мне сконцентрироваться на отправлении праведных мыслей. Когда полицейские прекратили искать и сидели в гостиной комнате, директор отделения безопасности все еще продолжал. Он, в конечном счете, нашел мою большую сумку с книгами и материалами Дафа. Директор отделения политики и безопасности зло ругал меня: «Разве Вы не отрицали наличие материалов Дaфa? Что это? Наденьте наручники на нее и задержите её! Вы не научитесь вести себя, пока мы не запрём Вас на нескольких дней». Инструктор сказал: «Я думаю, надевать наручники нет необходимости. Только принесите одежду и следуйте за нами».

Я чувствовала себя действительно плохо. Ещё не прошло и года с тех пор, как я была задержана сроком на один месяц за аппеляцию в Пекине в сентябре 2000 г. Я подумала про себя, переодеваясь: «Мой муж все еще работает. Я должна оставить ему записку». Инструктор продолжал торопить меня. Я быстро оставила записку и одела респектабельную одежду. Я также взяла некоторую одежду с собой и подошла к инструктору. Он велел мне сесть в первый полицейский фургон. Все другие полицейские сели во второй.

Мы приехали в офис безопасности. Их офис был на втором этаже. Полицейские все пошли наверх, инструктор и я были последними. В это время я была удивительно спокойна. Я подумала про себя: «Я- самосовершенствующаяся. Я не делала ничего плохого. Почему я должна бояться? В худшем случае, я умру. Нечего бояться». Я была переполнена энергией и могуществом, и все остальное казалось освобождающе незначительным. Когда в офис вошёл инструктор, директор сказал ему: «Вы можете ехать. Я поговорю с ней».

В тот момент директор, казалось, был полностью другим человеком. Он был вежливым и не таким уж властным. Он сказал: «Я не буду делать запись нашей беседы. Мы можем болтать свободно». Потом он спрашивал меня о моей семье, работе и самосовершеннствовании. Поскольку  у меня не было страха и пристрастия, наша беседа была свободной и естественной. Я думала о словах Учителя: «Где бы ни возникали проблемы, это то место, куда мы должны идти разъяснять правду» («Лекция Закона на Конференции Дафа 2003 г. по обмену опытом в центральной части США»). Таким образом, я получила возможность сказать ему, как все мои болезни исчезли в процессе самосовершенствования по Фалуньгун, как Фалуньгун учит людей быть хорошими, и о несправедливом обращении, которому я подвергалась после того, как высказала слова в защиту Фалуньгун в Пекине. Я не могла сдержать слез, когда говорила ему об этом.

Наша беседа была весьма приятной и наполненной взаимопониманием. Он сказал: «Мы с Вами ровесники. Из нашей беседы я могу понять, что Вы хороший человек. Вы были уволены в таком молодом возрасте, и Ваш ребенок все еще ходит в школу. Если Вы сможете сотрудничать с нами, я обещаю, что Вы будете восстановлены в партии и на Вашей работе». Выслушав это, и будучи начеку, я ответил без колебания: «Это невозможно. Власть коммунистического режима не позволит людям имть хорошее будущее. Даже если что-то неправильно, КПК всё равно утверждает, что это всегда правильно. КПК никогда не будет признавать своих ошибок. Спасибо за Ваше хорошее намерение». Он сказал: «Вы правы. Это так и есть».

Темнело. Он сказал мне: «Вы, кажется, хороший человек. То, что Вы сказали, также имело смысл. Они первоначально хотели задержать Вас на несколько дней. Я позволю Вам идти домой и поговорю с инструктором». Я поблагодарила его и оставалась спокойной. Я знала, что это Учитель позаботился обо мне. После этого, инструктор вошел и сказал: «Темнеет. Пора идти». Директор увёл иструктора за дверь и говорил с ним некоторое время. Я ясно слышала, как инструктор настаивал на отправке меня в Центр заключения. Но, в конечном счете, он согласился.

Мы пошли вниз. Полицейские сказали, что было темно, и они хотели пригласить директора на обед. Директор сказал: « В обеде нет необходимости. Темно. Почему бы Вам не проводить её домой? Это не хорошо для женщины идти домой одной в такое тёмное время». Инструктор неохотно проводил меня домой. Как только я вышла из автомобиля, автомобиль директора также подъехал. Директор попросил мой номер телефона и сказал, что, если уменя возникнут какие-нибудь проблемы, я могу связаться с ним. Я дала ему мой номер телефона.

Мы стали друзьями и много беседовали. Я продолжала разъяснять ему правду. Он сказал мне, что освободил несколько практикующих, используя свою власть. Он также сказал, что хотел практиковать Фалуньгун, но не мог сидеть в позе двойного лотоса. Я ответила, что он со временем сделал бы это, если бы упорно продолжал заниматься.

В результате этого происшествия, я пришла к пониманию того, что Учитель сказал о праведых мыслях и праведных действиях, и поняла, что Учитель всегда наблюдает за нами. Я глубже поняла значение праведных мыслей и праведных действий в ходе утверждении Дaфa.

Практикующая Дафа из Китая.